Китайский дворец. Стеклярусный кабинет

Вошедший в кабинет в первую очередь оказывается перед средним панно центральной стены, не заметить и не рассмотреть которое невозможно – оно всегда хорошо освещено расположенными напротив окнами: птица странной породы изогнула шею и внимательно разглядывает свое отражение в ручье. Мы узнаем ее как героиню сказки, недовольную своей скромной внешностью и позаимствовавшую у лебедя шею, у цапли голову, у журавля ноги, у петуха или павлина хвост. Кстати, именно эта странная птица наводит на мысль о сюжетности декоративных композиций. Сюжет про завистливую птицу был хорошо известен читающей публике XVIII века. Это в первую очередь многочисленные вариации на тему Эзоповой басни «Галка, подобравшая чужие перья». Среди самых известных – басни В.К. Тредиаковского «Ворона, чванящаяся своими перьями» (1752) и А.П. Сумарокова «Коршун в павлиньих перьях» (1760). Этот сюжет был популярен в живописи и стал одним из разновидностей «птичьих дворов».
Такова, например, есть картина Пауля де Фоса собрании ГМИИ им. А.С. Пушкина «Ворона, чванящаяся своими перьями». В репертуаре литературных сюжетов птица в чужих перьях служит преимущественно аллегорией пороков человеческой натуры.