В городе N тихо плавится лето, обрывки снов унося с собой.
Дни, как подкинутая монета, в руку ложатся не той стороной.
Ты затерялась в своих вокзалах, в рифмах, в отчаянных виражах…
Те, кто когда-то – на пьедесталах, ныне и присно – забыты. швах.
В городе N кто-то вылил масло. Поздно, мой ангел, уже не спастись.
Повесть дописана, счастье угасло. Всё так банально. Молчи и сожмись.
Если вокруг обступает сумрак, главное – в сердце зажечь свечу,
Жизнь проглотить, что горька, как микстура, и научиться ходить по лучу.
В городе N ночью бродят сказки, ты не тушуйся – поверь, прими.
Видишь – твой Кай, доставай салазки, досыта нежностью день накорми,
Чтобы растаяли лёд и чёрствость, чтобы рассыпался злой навет –
Лишь навсегда позабудь про хлёсткость слов, что окрашены в чёрный цвет.
В городе N зеркала туманны, кофе горчит и горчат слова.
Это провинция, где капканы странно похожи на кружева.
Где перемешаны, как в коктейле, сплетни, дороги и чудеса,
Где укрывают, как при обстреле.
Радуйся, детка: пока – жива.
(Василенко Ирина)
да, конечно... Самое то для фото. Причем в этот день с утра всем клич кидал приезжать в Царицыно, но не поверили в погоду (утром было пасмурно) и не приехали...
Этот сайт использует cookie и сервис Яндекс.Метрика для персонализации сервисов и удобства пользователей.Оставаясь на сайте, вы соглашаетесь с Политикой обработки персональных данных.
Дни, как подкинутая монета, в руку ложатся не той стороной.
Ты затерялась в своих вокзалах, в рифмах, в отчаянных виражах…
Те, кто когда-то – на пьедесталах, ныне и присно – забыты. швах.
В городе N кто-то вылил масло. Поздно, мой ангел, уже не спастись.
Повесть дописана, счастье угасло. Всё так банально. Молчи и сожмись.
Если вокруг обступает сумрак, главное – в сердце зажечь свечу,
Жизнь проглотить, что горька, как микстура, и научиться ходить по лучу.
В городе N ночью бродят сказки, ты не тушуйся – поверь, прими.
Видишь – твой Кай, доставай салазки, досыта нежностью день накорми,
Чтобы растаяли лёд и чёрствость, чтобы рассыпался злой навет –
Лишь навсегда позабудь про хлёсткость слов, что окрашены в чёрный цвет.
В городе N зеркала туманны, кофе горчит и горчат слова.
Это провинция, где капканы странно похожи на кружева.
Где перемешаны, как в коктейле, сплетни, дороги и чудеса,
Где укрывают, как при обстреле.
Радуйся, детка: пока – жива.
(Василенко Ирина)